(no subject)

Куртамышское Косово

 

Разрушенная мечеть в Косово (Фото: www.worldbank.org)

Воскресным вечером 4 сентября телеканал РТР транслировал репортаж из Косово и Метохии, посвященный положению в крае. Репортаж, претендующий на правдивое и беспристрастное изложение происходящих событий, но построенный в крайне просербском, антиисламском, однобоком духе. Репортеры РТР не скупились на жесткие и гневные слова в адрес KFOR, НАТО, албанцев, старательно демонстрировали российскому зрителю руины церквей и монастырей, соскобленные фрески, поваленные кладбищенские кресты. Показали даже любительскую видеозапись сжигаемого сербского храма, справедливо полагая, что нормальный, здоровый психически человек, не склонный к садизму, вне зависимости от своего вероисповедания, не может обрадоваться увиденному.

И это так. Сомнение вызывают, на первый взгляд, душевное здоровье тех, кто создавал, монтировал и запускал в эфир этот репортаж, не задумываясь ни на секунду о том, насколько опасно любое однобокое освещение этнорелигиозного конфликта в стране, с очень непростой динамикой межэтнических и межконфессиональных отношений. Не задумываясь, что хапнув очередную порцию старательно приправленной исламофобии, в эту же ночь, или в следующую, в одном из уголков страны, кто-нибудь да выползет из норы, и, дрожа от «возбуждения праведным гневом», укусит, ужалит, нагадит – на мусульманском кладбище, на стене мечети, на улице.

Но это лишь на первый взгляд. На деле журналистами РТР был, нанесен очередной удар в ходе информационной войны против Ислама. Удар, построенный таким образом, что бы оглушить, опрокинуть и подчинить зрителя своей главной задаче – превратить одних - послушное большинство, в агрессивных обвинителей, а других – меньшинство, в желающих объективно разобраться в ситуации.

Но в любом случае – увлечь их в сегодняшнем дне туда, и заставить спроецировать преподносимую и рекламируемую угрозу на день завтрашний здесь.

Если бы это был не удар, а объективное освещение событий, то не было бы демонстрации одних только последствий. Если бы это был объективный подход – кадры разрушенных сербских церквей перемежались бы с кадрами взорванных Армией Югославии косовских мечетей, а оскверненные кладбища – с расстрелом в боснийской Сребренице мусульман. Возражения насчет того, что Босния это Босния, а Косово это Косово – неуместны. В Сребренице отличилось спецподразделение сербского МВД «Скорпионы», подчиненное Милошевичу, а не Караджичу, то самое подразделение, что позже активно зачищало Косово. Но сеющий ветер – пожнет бурю.

Удар, нанесенный Исламу косовским копьем, может иметь лишь один ответ – этот удар нужно не отбивать, жалко и растерянно, как от нас ждут, но продолжить, направляя его остриё вглубь российской истории, беспощадно вскрывая ту правду, от которой нас и хотят увести, демонстрируя чужую боль и чужую трагедию. Правду, которая заключается в том, что история России на протяжении почти пятисот лет это и есть - история многочисленных, больших и маленьких Косово, где каждое слово, «с гневом и скорбью» сказанное журналистами РТР в адрес албанцев, может вернуться к государству, чьим рупором они являются.

У каждого народа, имевшего сомнительное счастье оказаться в составе России – есть в истории свое Косово. Есть ли нам смысл опровергать слова репортера о том, что разрушая церкви и оскверняя кладбища, албанцы убивают сербскую память об истории края, вытравляют его сербский дух? Нет, ибо то, что РТР преподносит нам как албанское ноу-хау – есть старинный и излюбленный рецепт Российской империи, испытанный на собственной шкуре представителями доброго десятка покоренных народов.

После кровавой бойни, устроенной сербами в Боснии и Герцеговине, говорить, что российские мусульмане сочувствуют и сопереживают сербскому горю – толстовство. Но понимание его… Что ж, мы понимаем.

На юге Курганской области есть небольшой городок – Куртамыш. Некогда богатое в Зауралье село со смешанным населением. Жили здесь русские, татары, казахи. Была мечеть, было мусульманское кладбище. Мечеть при советской власти снесли, но кладбище трогать не решились вплоть до конца 80-х гг., ждали, видимо, окончательной советизации мусульманского населения. А когда в указанное время возникла потребность в новом здании для РУВД, администрация города принялась искать место, а областное УВД подготовило комиссию для утверждения выбора.

Куртамыш лежит в лесостепной полосе, не имея никаких естественных препятствий для расширения в любую сторону. Более того, когда в начале 2000 гг. возникла потребность открыть в Куртамыше отделение ФСКН, место для его офиса нашли в центре города, причем там, где по всем соображениям здравого смысла должна была располагаться криминальная милиция, для работы которой нужна оперативность и мобильность.

Но криминальную милицию в начале 90-х гг. вынесли фактически за городскую черту, расположив её трехэтажное здание как раз на территории мусульманского кладбища. Кладбище разровняли бульдозером, а уникальные могильные плиты, уникальные потому, что некоторые из них имели надписи на латинице, той самой, что была введена в конце 20-х и уничтожена Сталиным, свалили в кучу, откуда потом их растащили мостить дворы или улицы. Вырыли котлован, раскидав по всей округе кости и черепа, заложили здание. Новый участок для мусульманского кладбища власти не выделили, предложив хоронить покойников на «общем». А на ворота «общего» в эпоху зарождающихся «демократических перемен» уже приварили православный крест.

Оставшееся без мечети, без кладбища, а через него – без памяти и истории, мусульманское население города было обречено тем самым на маргинализацию, манкуртизацию, и отчуждение с родной земли.

Некогда многонациональный, с татарским и казахским орнаментом, Куртамыш стал русским городом, будто бы вырванным из какой-нибудь Курской или Орловской области, и закинутым в Зауралье. О былом его тюркском происхождении напоминает только название. Ну, так и албанцы еще не соскоблили сербское название края.

Куртамыш – маленький город, за пределами Курганской области о нем знают лишь те, кто оттуда родом или у кого там остались родственники. Но как в маленьком зеркале отражается большое небо, так и в маленькой трагедии мусульманского кладбища Куртамыша, услышат отголосок своей боли тысячи, десятки, сотни тысяч – крымских и сибирских татар, адыгов, вайнахов, башкир, ногайцев, казахов.

Символичны лишь эпоха и монументальность государственного вандализма, порушивших куртамышский мазар. Эти две черты, способны, пожалуй, выделить Куртамышское Косово из сотен, тысяч других.

Символично в своей гротескной образности здание милиции возведенное на мусульманских могилах. Память предков, и истинная история края, не просто поруганы и осквернены, но еще и придавлены колесами милицейского УАЗика, запечатаны милицейским ботинком.

Это не албанская парковка, водруженная на сербском кладбище – символизирующая победу албанского капитала и его презрение к похороненным здесь. Это победа государства российского и его, государства, презрение к покоренным им «инородцам». Можно сдвинуть, теоретически, магазин или дискотеку, даже бензоколонку с оскверненного кладбища, и оставить на его месте хотя бы памятный знак, о том, что здесь было. Но сдвинуть здание РУВД? Это значит сдвинуть само государство.

Символична эпоха – утвержденное в конце 80-х или в самом начале 90-х органами КПСС и МВД СССР строительство здания Куртамышского РУВД было завершено властями «демократической России». Преемственность презрения к человеку, хоть мертвому, хоть живому, и намерения вытравить все, что мешает превращению населения в покорный и безропотный электорат (а что это, как не память о предках, живших иначе, чем этого хотела бы власть?) – наглядно демонстрирует сущность Куртамышского Косово и тысяч его отражений, рассеянных во времени и пространстве. Сущность единства российских элит в их стремлении припечатать неугодную историю и ненужную память ногой «государевой стражи».

Поэтому на землях, включенных в состав России, Косово уже никому не грозит – Косово уже состоялось. И хочется сказать, глядя в упитанные прикормленные лица репортеров государственного телевидения: «Вам ли, господа, рупорам государства, отработавшего в своей истории все способы исторических фальсификаций, подлогов, уничтожения, как памяти, так и носителей этой памяти – выставлять на всеобщее обозрение чужие раны, пугать ими, и не видеть того, что было, что есть и что будет, непременно будет происходить здесь, рядом с вами, до тех пор, пока вы вопрошаете - что Россия может сделать для них? – имея ввиду сербов.

Каким Косовом вы нас пугаете? Косово уже пришло и в ваш дом, не понадобилось сотен тысяч албанцев, хватило десятка безродных космополитов и одного грузина. Разрушив сотни, тысячи мечетей, стерев с лица земли десятки тысяч кладбищ, уничтожив миллионы и миллионы ни в чем не повинных людей, Косово утвердилось и в самой исторической, исконной Руси, взяв сатанинскую дань и вашими церквями, монастырями, лучшими из ваших людей.

Не видя и не понимая этого, а если и понимая, то продолжая лгать и лицемерить – кто вы, господа журналисты, как не его порождение?»

Даниель-бек Туленков, журналист Исламского аналитического портала "Ансар.Ру" из России.

05.09.2005

Даниель-бек Туленков,

 

(no subject)

МАНИФЕСТ

 

İDEL-URAL

 

al-ISLAMI

 

  1. Сохранение геополитической субъектности Северной Евразии представляет собой объективно обусловленную необходимость. Единственной альтернативой североевразийской субъектности является    хаос на просторах от восточной границы Евросоюза до Тихого Океана.
  2. Имеющийся ныне вариант североевразийской субъектности  в лице Российской Федерации есть самый неэффективный и тупиковый из всех могущих быть. Агрессия Московского царства против Казанского ханства, совершенная в 1552, сломала и изуродовала естественный ход исторического развития континента, неизбежно ведущего к иной, неимперской форме консолидации.  Были разрушены уникальные территориально-исторические общности Северной Евразии, среди которых была и складывающаяся веками общность Идель-Урал. Неовизантийская  деспотическая империя, вобравшая все самые худшие черты своих духовных прародителей – Орды и Второго Рима,  превратила Северную Евразию в огромную тюрьму народов, породив тем самым неизбежные центробежные стремления, дискредитировав  идею североевразийской консолидации, сделав её синонимом рабства и угнетения.
  3. Одновременно с этим народы и общности, попавшие в подчинение Третьему Риму были вырваны из контекста своих цивилизационных формаций в пользу принадлежности к некой искусственно созданной новой. Так, из контекста европейской цивилизации была вырвана Новгородская вечевая республика, а общность Идель-Урал, вместо того, что бы избавиться от монгольского влияния и вернуться к архетипам исконного базиса – Волжской Булгарии, была включена в состав Московского государства в качестве покоренного осколка Золотой Орды.
  4. Успехи московского, и, в целом, российского империализма в регионе Идель-Урал должны рассматриваться исключительно в контексте соответствия или несоответствия имевшейся здесь модели государственности Исламу и шариату. Причиной тяжелейшего поражения Казанского ханства  стала его фактическая измена Исламу, подмена задач, возложенных на исламское государство Всевышним Аллахом прототипом светской, секулярной, этническо-географической общности, недопустимая терпимость к худшим из форм куфра и ширка бытовавшим в среде повожских народов, пренебрежение принципами шариата в угоду адатным и регионально- политическим интересам.   Соответственно, возрождение   Идель-Урал может мыслиться нами исключительно в контексте Идель-Урал аль-Ислами, любая иная форма, переносящая акцент с законов Аллаха на этнические или  сугубо региональные основы, обречена на повторное унижение и гибель.
  5. В этой связи очень важно изжить пережитки мифологизированной в булгарской (казанско-татарской и мишарской) среде  Золотой Орды как достойного внимания и подражания государства. Золотая Орда есть подмена живого, чистого Ислама его внешней, декоративной составляющей.  Ордынский вариант Ислама, рассыпанный ныне в виде региональных татарских, башкирских, казахских и прочих "исламов" есть религия конформизма, клерикализма и профанации. Истинный Ислам есть Ислам Закона, таким и только таким он должен и может мыслиться как на просторах Идель-Урал, так и везде. Следовательно, ордынский    период должен быть изжит и забыт.
  6. Единственным историческим архетипом, к которому следует обращаться, выстраивая Идель-Урал аль-Ислами может быть, с определенными оговорками, только булгарский период. При всех минусах и недоработках Исламской Булгарии, это был    вариант шариатского государства, свободный от подчинения религии (дин) интересам тагута, в ордынском случае – хана.  
  7. При всем том, осознав себя как «исламский», Идель-Урал не может замыкаться в исторических  булгарских архетипах, и должен мыслиться лишь в контексте общеисламских задач и перспектив. То есть в данном, конкретном, случае  - выступить  не в качестве региональной  альтернативы единству Северной Евразии,  не в качестве инструмента хаотизации её пространства,   одного из участников сонма национально-территориальных проектов «государств – карликов», объектов большой политики, сателлитов внешних, неконтинентальных сил, но в качестве инструмента глобальной исламской геополитической альтернативы изжившему себя   имперскому центру – Третьему Риму, византийско-ордынской Московии.
  8. Иными словами, задачи Идель-Урал заключаются в том, что бы послужить инструментом политического субъекта – новой североевразийской общности – российской политической нации Ислама и одновременно, опираясь на исторический феномен булгарского мусульманского государства, внести свою лепту в выстраивание нового европейского лика всемирного Исламского проекта.
  9. Таким образом, в целом Идель-Урал аль-Ислами, имея ту же самую географическую базу, что и светские проекты начала ХХ века (Идель-Урал Г.Исхаки), должен вышагнуть из самовосприятия как достаточного и цельного организма, замкнутого в своих границах и архетипичных рамках, став этапной точкой развития сначала евразийской (российской) исламской субъектности, а, затем и мировой нации Ислама,  то есть развить и углубить не территориально-этническую составляющую, а исключительно Исламскую.
  10. Не испытывая иллюзий по отношению сущности российской и советских империй, следует исходить из того, что ценой нечеловеческих жертв, уничтожений миллионов людей, многочисленных преступлений против Ислама и порабощенных народов, им удалось сделать то, что должно было быть сделано в любом случае – объединить Северную Евразию в едином субъекте. Соотношение понятия «российский» и «севроевразийский» заключаются в условном совпадении границ империи с границами предполагаемой североевразийской общности, за вычетом ряда   территорий, следовательно, иные критерии российской государственности для Идель-Урала значения не имеют. Российская имперская машина есть противоестественный организм, накрывший собой значительную часть территорий, нуждающихся в естественном единении.
  11. Противопоставить этому противоестественному механизму насильственного объединения иной, перехватить инициативу субъектности на рассматриваемых территориях у аморфной, безжизненной массы выстраиваемой Кремлем общности «россиян» руками новой, построенной на исламских принципах общности – можно лишь путем выстраивания на территории нынешней РФ иного, немосковского центра.   Этим центром может стать только   Идель-Урал. Иные варианты будут представлять собой или механическое перенесение московских принципов имперского строительства  на другую базу, или же попытку объединения на базе «демократических, светских, секулярных принципов»,  то есть нежизнеспособной гражданской идентификации.   Следовательно, процесс выстраивания Идель-Урала как альтернативной Москве базы объединения должен проходить в контексте ныне существующего российского государства, на определенном этапе выступая противником региональных сепаратистских элит, добивающихся преждевременного разрушения России, а значит, и единого информационного и коммуникационного  поля Северной Евразии, не построив ничего взамен. Часть из этих элит надеется на возможность последующей консолидации тех или иных сил на руинах империи, часть же выступает в виде  открытых врагов Ислама, уповая на построение буржуазно-демократических, светских, ориентированных на Запад государств (nation-state).
  12. В  этом смысле основным противником Идель-урал аль-Ислами выступают региональные этнократические силы временщиков, такие, как башизм, и безнациональные коррумпированные чиновничьи кланы, стремящиеся, в тесном сотрудничестве с псевдомусульманским жречеством, к  концентрации  в своих руках всех локальных экономических, политических и духовных процессов. Именно благодаря деятельности этих кругов и их вмешательству во внутреннюю жизнь уммы, Ислам в России продолжает пребывать в состоянии анабиоза,  а наиболее конструктивные и пассионарные силы оказываются загнанными в подполье, подвергаются преследованию и давлению.
  13. Не стоит ни сейчас, ни в ближайшей перспективе рассчитывать на исламизацию всей России, или, в случае её развала, всего пространства Северной Евразии. Но нужно  стремиться к созданию исламской субъектности на данной территории, опирающуюся на полноценную  жизнеспособную базу, могущую вести конструктивный диалог с   неисламскими силами, отстаивать единство Северной Евразии на приемлемых для мусульман принципах, расширяя и укрепляя свое влияние в пользу проекта Новой Европы. Создание исламской субъектности в масштабах России, при этом не имеющей опоры в виде территориальной базы с её человеческими и материальными ресурсами – ставит её в зависимость от конъюнктуры правящего режима, превращает в диаспору, лишенную твердой почвы под ногами. Поэтому создание полноценной российской политической  нации Ислама невозможно без возрождения Идель-Урал аль-Ислами как её главнейшей территориальной, региональной  базы. 
  14. Идель-Урал аль-Ислами не должен мыслиться  как государство в классическом буржуазном понимании этого слова. Идель-Урал аль-Ислами это форма региональной организации сконцентрированной     части чего-то несравненно большего. Идель-Урал аль-Ислами есть проект Исламского Израиля на просторах Северной Евразии, или же – в другом варианте – Российского Пакистана, противостоящего   Кафирстану, то есть силе, враждебной не по этническому, а по религиозному - антиисламскому  принципу. Враждебной не по причине христианской или  иудейской специфики, а по причине её в целом – куфрского, антитоухидного, широчного характера. Вопросы «полноценной» с точки зрения т.н. «международного права» государственности, «международной субъектности», тагутской атрибутики вроде постов президентов, премьер-министров, полицейских и военных институтов, денежных единиц, мундиров, чинов и пр. – не имеют в рамках Идель-Урал аль-Ислами никакого значения. Значение имеет только а) реальное усиление политического и экономического  влияния Ислама, б) расширение его социальной базы, в) укрепление и распространение  его оформленной в понятной и доступной форме идеологии, г) распространение действия  шариатского права там, где мусульманское население составляет стабильное большинство,   д) пресечение деятельности  в регионе наиболее активных и опасных антиисламских, светскоориентированных  сил,                        е) идеологическое наступление, в первую очередь на уровне социума и личного  мировоззрения составляющих его индивидов, на методологию мышления в образах «гражданского общества», «универсальных светских принципов», отстаивая принципы религиозной идентификации.
  15. Этническая база региона   неоспорима. Именно историческая зона расселения тюркских и финно-угорских народов, находившихся некогда под влиянием Волжской Булгарии, от Касимова до Кургана, берется за основу понятия Идель-Урал. Но на эту условную базу насаживается свободная от джахилийских этнических предрассудков исламская инфраструктура, открывая проект для участия всех без исключения мусульман, и не в последнюю очередь – русских мусульман, могущих, как и все иные мусульмане Евразии, обрести в рамках Идель-Урал   свою полноценную опору, знающих, что Идель-Урал аль-Ислами это - их земля, это их Родина, где бы они не родились, не выросли и не жили.

Получи, башист, гранату!

Башкирские шовинисты (башисты), наиболее одиозная часть башкирского националистического движения, духовные наследники Ахмеда Заки Валиди, зацикленные на создании светского национального государства Башкортостан в границах нынешней РБ с добавлением ряда районов Оренбургской и Челябинской областей - выступают, и выступали всегда , на протяжении последних ста лет однозначно - самым серьезным препятствием на пути реализации Исламского проекта в Волго-Уральском регионе (Идель-Урал) .
.
Российские власти могут лишь препятствовать политической реализации этого проекта, препятствовать открытому утверждению Ислама на просторах края (введению шариатского правления), но они не в силах помешать складыванию единой мусульманской общности края, общности, охватывающей просторы от Касимова до Кургана, и дальше рассыпающейся брызгами татарских общин Сибири вплоть до монгольской границы. Препятствовать становлению этой общности - не татарской и не башкирской, но Исламской, общности, спосбной вместить в себя всех, принявших Ислам, будь то - чуваши и марийцы, русские и украинцы, татары и башкиры - общности Исламского Идель-Урала, монолитом пространства и веры лежащем на жизненно важном направлении Российской империи, замыкая собой выход в Сибирь и в Северную Азию в целом, превращая Ислам в важнейший фактор российской внешней и внутренней политики, могут лишь те, кто дробят её изнутри....Те, кто отравляет души братского народа ядом лжи и мещанской недальновидности..."Зачем вам все эти проекты? Зачем вам иметь дело с татарами? Зачем башкирам менять русскую метрополию на татарскую? Не лучше ли отделиться и жить самим по себе - наплевав и на русских и на татар? Жить своим сладким башкирским царством... дружить с цивилизованным миром... с евросоюзом и с НАТО... Ну, это потом, а пока и с "Владим Владимычем можно договориться...." - так шипят башисткие гады и хитрее всех среди них брызжет ядом их главарь - Муртаза. Он всегда хочет выйти сухим из воды. Ведь башизм держится в первую очередь на нем и его клане. Кучка башистов-интеллектуалов тусует только в Уфе, и если бы не поддержка Рахимова, яд башизм иссяк бы в пределах парочки вузов, а не растекался бы по Республике, подбивая братский башкирский народ к безумной конфронтации с татарами.А ведь как у птицы два крыла, так и у Идель-Урала две опоры - два братских народа. Башкиры, составляющие в своей же республике меньшинство, не смогут реализовать себя без союза с с татарами.
Но что такое Татарстан и татары без Башкирии? Жалкий клочок земли на берегах Волги и разбросанные, оторванные от центра общины, тающие на просторах Челябинской, Свердловской, Курганской, Оренбургской областей, областей Поволжья.
Башкирия - ключевой пункт в реализации Исламского проекта Идель-Урал.
Башкирия как страна, открывающая путь в Зауралье,как страна, лежащая на обеих склонах уральского хребта, как страна, посредством татарских, башкирских и казахских общин Оренбуржья открывающая для Казани - Казахстан, но не Башкирия для башкир, Башкирия миллионной нации, противостоящей в слепом этническом эгоизме всем остальным, не Башкирия погружающая в войну всех против всех, разрываемая имперскими амбициями Кремля, мелкодержавным шовинизмом рахимовцев, давватом Исламских активистов, призывающих к спасительному единству...
Татарстан без Башкирии есть не более чем анклав не имеющий ни малейших перспектив для выживания и развития. Анклав, к тому же - чужой для более чем половины татарской нации, живущей за его пределами.
Татарстан и Башкирия должны быть едины, проект Идель Урал, Исламский Идель-Урал - есть единственный способ превращения Ислама в важнейшую политическую силу в России.Раздробленность двух братских народов, их трения, склоки - недопустимы.Противоречия между татарми и башкирами, выгодные Кремлю в его имперских планах - полбеды.
Кремль и его империя - это не главный враг.
Если не будет Ислама, то что нам от того, что не станет и Кремля?
Если будет воплощен Исламский проект, то что такое для нас Кремль?
Можно понять всевозможных дугинцев, в интересах своего великодержавного шовинизма стравливающих татар и башкир, поддерживающих башизм и его главарей из клана Рахимова. Им нет дела ни до нас, ни до Ислама.Но как понять тех, кто считая себя тюрками и мусульманами, всюду апеллируя к корану и Исламу, делают все, что бы Исламский Идель-Урал, могущий воспрять лишь в случае единения и татар и башкир, все глубже и глубже погружался в пучину дрязг, ссор и обид, разрывающих на куски все единство мусульман от Чебоксар до Кургана...
Идеалы Ислама, исламской уммы, исламской политической общности Идель-Урал, мощнейшего фатора силы на просторах Евразии, они пытаются заменить ничтожнейшими тагутами мелкодержавного шовинизма...
"Башкирия для башкир! Татары - под нары!"
И все это под радостное позвякивание стаканов, и все это на фоне спивания, катастрофического спивания народа, мнящего себя мусльманским.
И башистам нет до этого дела.
Башистам нужна лишь поддержка масс, направленная на укрепление своего криминально-феодального режима, на создание своего царства, Нового Узбекистана.
Башизм, когда он встанет в полный рост - будет много страшнее каримовского фашизма.
Башизм повсюду видит врагов - и чистый Ислам для него враг, и татары для него враг, и русские, и марийцы, и чуваши, живущие в РБ для него враги, и целый сонм иных мифических врагов - всевозможных "измов" и пр.
В этих условиях башизм будет делать все, что бы сохранить свою власть и повязать как можно больше людей своей круговой порукой.
Какой уж здесь Исламский проект...
Какое уж здесь единство тюркских и поволжских народов...
Гадюшник из плещущих ядом бантустанов - вот во что превратит башизм Идель-Урал, на потеху врагам Ислама и кремлевским великодержавникам.
Лишь бы только хлебнуть власти, лишь бы только подольше подержаться за руль... вот чем живут духовные отцы башизма.
Ибо сам он, как идеология, убог, немощен, нежизнеспособен и чужд и омерзителен духу любого честного мусульманина, будь он татарин, башкир, русский или кто-то еще, столкнувшийся с уродливой гнидой тупикового, предательского и мертворожденного национализма.
Башизм душит самих же башкир, воруя их жизненную энергию на поддержание рахимовского царства.
Он ничего не дает взамен и ни от чего не спасает.
Башизм это тагут и его власть над республикой и братским народом должна быть свергнута столь же решительно, а, может на первых порах и решительней, чем московско-кремлевское иго.
Ибо любые отношения с Россией и с её режимом будут зависеть напрямую от степени реализованности Исламского проекта и отношения к нему руководства РФ.
А любой Исламский проект в нашем регионе может быть решен лишь при активном участии Башкирии и башкир.
Вот почему башизм должен быть задушен и уничтожен не во имя даже справедливости и восстановления прав татарского населения РБ (все это в конце коноцв - можно и пережить), а во имя торжества Ислама и Законов Аллаха.
Во имя победы Ислама сначала здесь, а затем - вкупе с другими победами - во всем мире.
Башизм должен быть уничтожен.